Главные события:

Александр Зимин о Поветкине, Хуке, Кличко и Тедди Атласе

Александр Зимин о Поветкине, Хуке, Кличко и Тедди Атласе (1)

Александр Зимин рассказал, почему закружилась голова у Александра Поветкина в тяжелейшем бою с Марко Хуком, как Тедди Атлас занимался рядом с российским супертяжеловесом саморекламой, предстоящем поединке с Хасимом Рахманом и потенциальном против Владимира Кличко. Откровенное интервью нового тренера Поветкина – в блоге Христиана Юла «Проект «Manhattan» на Sports.ru.

Давайте начнем разговор с последнего поединка Александра против Марко Хука. Очень интересно, какую вы сами выставите оценку Поветкину за этот бой по пятибальной шкале?
За атакующие действия поставлю ему твёрдую «четвёртку». Когда Поветкин атаковал сам, то у него все получалось именно так, как мы и отрабатывали на тренировках. Вспомните, какое было лицо у Марко Хука после боя и тот факт, что немцу после поединка вызвали врача. Жаль только, что атаковал Саша не так часто, как хотелось бы. А вот за защитные действия я честно поставлю ему три балла, но эту оценки полностью перекрывают волевые, истинно мужские качества Александра – умение выдержать и выстоять через «не могу» в тяжелейшей ситуации достойно только высшего балла.

Александру пришлось вытягивать бой за счет волевых качеств, потому что после пятого раунда он начал элементарно задыхаться. Сомнительно, что физическая подготовка боксера к такому важному поединку была провалена. В чем же дело? Вы уверены, что у Поветкина все в порядке со здоровьем?

На сегодня я не имею юридических подтверждений тому, что сейчас вам скажу, но утаивать такие факты нельзя. В пятом раунде я увидел у Саши помутнение в глазах. На мой вопрос «Что происходит?» Поветкин ответил, что от Хука исходит запах, от которого ему просто дурно и кружится голова. И здесь наша ошибка – моя, всех секундантов – была в том, что не придали этим словам должного значения. А ведь в боксе были не раз случаи, когда специфический запах от одного бойца очень осложнял работу его сопернику в ринге.

Считаете, команда Хука сознательно подготовила такой ароматный «подарок» для Поветкина?
Не думаю, что случайно это все произошло. За два дня до боя с Марко Хуком мы провели тестовую тренировку по электрокардиограмме, по восстановлению пульса, которую Саша отработал на очень хорошем пульсе и восстановился за минуту. У него были очень высокие скоростно-силовые качества и при этом Поветкин был абсолютно спокоен и выдержан. У нас не было причин беспокоиться. Единственное, что меня смутило тогда перед боем – чересчур наглое и уверенное поведение Хука на пресс-конференции. Это не было похоже на классическую для профессионального бокса наигранную браваду. Казалось, у Марко была полная уверенность в исходе предстоящего боя, и она лежала вне области чистого спорта.

В вашей практике были подобные случаи?

Как вы хорошо знаете, я много лет работал в Японии и вот там подобные методы нанесения вреда своему противнику были всегда. И не раз возникали ситуации, когда за подобное лишали лицензий менеджеров и промоутеров. Я знаю историю, когда после передачи боксеру фруктов от мнимых родственников было спровоцировано искусственное отравление – полное обезвоживание организма. И всё это ради того, чтобы выиграть бой у чемпиона мира. А в нашем случае, победа давала прямую возможность выйти на многомиллионный бой с Кличко, поэтому можно было ожидать всего, что угодно.

Расскажите о впечатлениях от работы с Поветкиным, которые успели сформироваться за первый период?
Мне поступило предложение о работе с Александром абсолютно неожиданно. Когда позвонил Владимир Хрюнов с просьбой срочно начать работу с Сашей, я находился в Японии и занимался исключительно своими делами. Володя объяснил, что американский тренер Тедди Атлас в Россию не приехал и не приедет, так как требует, чтобы наш боксёр ехал тренироваться к нему в США, а это по многим причинам абсолютно недопустимо. И так как я очень хорошо знаю Сашу как человека, то отказать, конечно же, было невозможно, я всё бросил и приехал в Чехов. И всё это за три недели до встречи с Марко Хуком. Впечатления? Александр очень трудолюбивый человек, но, на мой взгляд, слишком подвержен внушениям со стороны, которые не всегда бывают дельными. Ему нужно больше слушать специалистов и тех людей, которые отвечают за его карьеру, результаты – менеджер, тренеры.

Главное требование сейчас к Поветкину от вас?
Очень хочу, чтобы Александр был готов к большой физической работе, которая предстоит. Ему нужно как можно больше работать над своим телом. Первое, что я сказал своим ребятам, когда мы одними из первых уехали из СССР для выступлений в профессиональном боксе: «Нужно срочно делать тело!». У нас были достаточно техничные боксёры, но в плане физики команда была слишком уж «кругленькая». В зале, где тренировались, были вывешены портреты лучших профессиональных боксёров тех лет и сказал ребятам: «Посмотрите внимательно, чем мы от них отличаемся? Телом! И когда вы будете обладать вот такой же физикой, то только тогда и будете настоящими профессионалами, а пока вы любители». Мои слова подтвердили первые же спарринги с мексиканской командой, которые мы проиграли вдребезги. А через месяц, после того как детально занялись работой над телом, уже мы их вынесли в одну сторону. У Поветкина та же проблема сейчас. Он работает над собой очень много, но эту работу нужно сделать более специализированной, так как общий её объём больше физкультурный, а нам для результата всё-таки нужно развиваться специальными движениями, которые в дальнейшем помогут для удара, дыхания и всех прочих бойцовских качеств. При подготовке боксёра специализация должна быть на очень высоком уровне, но в первую очередь у него, конечно же, должно быть желание работать над собой.

Вот как раз о желании. Александр не раз говорил, что душа у него не лежит к профессиональному боксу…
Я это тоже увидел. В психологии существует теория дальнего отказа. Это когда человек заранее сам себя программирует на то, что ему что-то не нравиться, но делать через волевые качества это приходиться. То есть, я не хочу, но мне нужно делать эту работу через внутренний отказ и, как правило, всё это приводит к конфликтам. И, возможно, что это есть у Саши.

Что же делать?
Работать. В том числе над психологией и с учетом психологии боксера. Мы созваниваемся с Сашей каждый день, так как я как тренер Поветкина должен знать его психологическое и физическое состояние. Пока, например, Александр не готов начать подготовку к следующему поединку, он ещё не восстановился полностью. Если на этом фоне начнём форсировать тренировки, то мы его как бойца попросту сломаем. Но я уверен, что скоро Александр почувствует энергию внутри себя и будет готов к серьезной работе. Мы общались не так давно, и я приводил Александру в пример Эвандера Холифилда, который во время встречи с Николаем Валуевым в возрасте 45 лет имел тело тридцатилетнего боксёра. Любому боксеру реально вернуть свою спортивную молодость, надо только нормально работать над собой. Я и Поветкину об этом сказал, напомнив, в какой прекрасной физической форме он находился перед Олимпиадой в 2004 году, и заверив, что вернуть ее реально. После всего услышанного у Александра, как говорится, внутри загорелась лампочка.

Начав работу с Поветкиным, вы несколько раз очень критично оценили работу предыдущего тренера Александра – американца Тедди Атласа. В чем главные претензии к нему?
Так как я сам работаю в спортивном институте Лесгафта и готовлю тренерские кадры, то очень хорошо знаю, что такое плотность урока, плотность действий и плотность специализированных действий в подготовке боксёра его тренером. Я могу сделать своему подопечному такую плотность занятия, что он будет много работать, потеть, терять вес, но при всём этом не развиваться. Мне довелось побывать на нескольких тренировках Поветкина и Атласа и я сразу обратил внимание на очень низкую плотность подготовки. Во время отработки приема Атлас отрывается и начинает объяснять боксёру то, что считает нужным. На это у него уходит полторы-две минуты, после чего слово предоставляется переводчику и это ещё несколько минут. В итоге боксёр стоит без дела около пяти минут. Это недопустимо.

К тому же я считаю, что тренер не должен критиковать боксера, с которым он работал. Если у него есть видимые тобой недостатки и тебе есть, что сказать, то ты должен это сделать индивидуально, а не на публику. Это некрасиво. Я могу покритиковать своего боксёра по предмету, но это исключительно наше с ним дело, а никак не общественности. Тем более, когда на протяжении долгого времени ты говорил, что он суперзвезда. Там было слишком много пара, артистизма и саморекламы, а не нормальной работы. А требования Атласа проводить тренировки с Поветкиным в абсолютной изоляции говорят о том, что он очень опасался того, что мы можем увидеть все его недостатки как тренера. Также отмечу, что этого специалиста нет в рейтинге американских тренеров, в США все воспринимают его исключительно как телекомментатора.

Многие сомневаются как раз в вашей квалификации. Вы сделали двух настоящих чемпионов мира в профессионалах – Юрия Арбачакова и Орзубека Назарова, но оба они легковесы, а вы сейчас взялись за супертяжей – был Валуев, теперь Поветкин…
Моя работа в сборной СССР началась именно с тяжеловесов, и персонально посчастливилось работать с многократным чемпионом СССР в абсолютной категории Вячеславом Яковлевым. В советской сборной каждый тренер отвечал за отдельно направление, и мне нужно было отслеживать как раз весь любительский тяжёлый вес. Главный тренер национальной команды Артём Лавров мог обратиться ко мне с вопросом по любому тяжеловесу из состава соперников, и я должен был дать ему исчерпывающий, качественный анализ. И это был мой конёк. Если бы не соответствовал этому уровню, то со мной распрощались бы в один день. Спрашивали в сборной СССР со всех тренеров очень жестко. И вот эта работа с Яковлевым очень помогла в дальнейшем моей тренерской работе. Слава был совсем небьющим боксёром, но мы поставили ему такие комбинации, что он стал выигрывать у очень сильных противников.

За всю же тренерскую карьеру у меня было достаточно боксёров из разных весовых категорий, и к каждому из них нужен был индивидуальный подход. Яковлев, Валуев, Поветкин или, например, Денис Лебедев – все они тяжеловесы, но я не могу работать с ними одинаково, так как в этом случае качественного результата не будет. Результат возможен только в том случае, если я подойду к каждому из них индивидуально. А для этого мне нужно знать характер боксера, его принципы, привычки, что ему мешает в работе или наоборот может помочь в дальнейшем развитии и.т.д.

В июле Александру Поветкину предстоит бой с экс-чемпионом мира Хасимом Рахманом. Что скажете об этом сопернике?
Рахман, конечно, уже в возрасте, но при этом он по-прежнему обладает жёстким акцентированным ударом. Это опытный профессионал, способный наказать любого за недооценку. И уже не раз говорил Саше, что в ринге слабых боксёров не бывает. В профессиональном боксе вся карьера зависит от каждого твоего боя. Выигрываешь, значит, растёшь, проигрываешь один бой, тут же откатываешься назад, и подняться после поражения будет очень сложно. Если ты не уверен в своих силах, то лучше пропусти бой и выйди в ринг тогда, когда будешь полностью в себе уверен.

В этот раз у вас будет на подготовку уже не три недели, а полный рабочий цикл. Как собираетесь его провести?
Когда Саша восстановится, мы начнем работу практически с нуля. Я имею в виду школу бокса, физическую подготовку. Ошибки есть, они очень серьёзные и наша работа будет идти на протяжении всех трёх месяцев с нарастанием.

Трудно не затронуть в разговоре с тренером Поветкина тему Кличко. На ваш взгляд, разница в классе между Александром и Владимиром Кличко сокращается или растет?
Дистанция есть, но мы будем ее сокращать. Я вижу, как это можно сделать. Не хочу, чтобы считали фантазером, но потенциал у Поветкина действительно очень большой, надо только его правильно использовать. Ну и не устану повторять про настоящий мужской характер Поветкина. Это очень важно. Саше действительно всё равно, кто его соперник, насколько он силен, знаменит. И если подойдет время для встречи с Кличко, то психологически Поветкина не нужно будет настраивать на битву.

Метки: , , , , ,

Оставить Ответ

Похожие новости